Цыгане, чеченцы, азербайджанцы, негры.
Не путайте репутацию с расизмом

В США владелец фабрики раздал работникам 240 млн долларов бонусов после продажи компании. Сотрудники закрыли свои кредиты, купили дома и оплатили обучение детям.

«Бонусы будут распределены среди 540 постоянных сотрудников Fibrebond в виде чеков, в общей сложности 240 млн долл — в среднем около 443 тыс долл на каждого работника. Выплаты будут производиться в течение пяти лет.

Когда сотрудники начали получать бонусы в июне, некоторые не могли сдержать эмоций, а другие сначала думали, что это шутка. Одна сотрудница рассказала, что использовала деньги на погашение ипотеки и открытие собственного бутика одежды. До этого она жила от зарплаты до зарплаты.

Один из помощников менеджера сразу ушёл на пенсию, получив несколько сотен тысяч долларов, другие рассчитались с кредитами, оплатили обучение в колледже, увеличили пенсионные накопления и купили автомобили за наличные».

- В преддверии Нового, 2026 года, вспоминаем итоги 2025. Какие значимые достижения и победы страны, всего народа, можно назвать в уходящем году?
- Долину таки выселили. Почти...

- У стариков день рождения - каждое утро.

Давно это было….. В СССР, в 70-х годах прошлого века… Семья проживала в военном городке, мама была дежурной по ж.д. станции, разруливала поезда, отец, офицер, на военной службе дежурным по штабу. Я учился в 4м классе… в ту ночь остался один дома…. смотрел телевизор… И в 12 часов ночи началось…. Подорвался военный склад с боеприпасами… Огненное зарево на полнеба, грохот, болванки от пороховых зарядов летают по небу, попадают в крыши домов…, в городке паника, объявляют срочную эвакуацию… если еще подорвется склад ГСМ, топливо зальет весь городок… Но мне не было страшно… Сижу и думаю…оставаться в квартире панельного дома опасно… если болванка попадет в панельный дом, он сложится как карточный домик…. нужно выйти на открытое пространство… Вышел из дома, сел на лавочку возле футбольного поля и стал смотреть на весь этот цирк… Боеприпасы взрываются, люди в панике бегают по улицам… Одному мне не страшно… Смотрю, идет одноклассница Света с потерянным видом… Я подошел к ней, взял за руку, подвел к лавочке… сказал садись и ничего не бойся… с нами ничего не случится… Пока всю ночь грохотало, летало, мы оба сидели обнявшись на лавочке и смотрели… К утру все стихло… и жизнь вернулась в привычное русло… Мораль здесь одна: никогда не паникуй…

Честно говоря, я не думаю, что хочу новый год в этом году.
Я бы предпочёл немного подержанный — например, 2006.
Или, может быть, 1998, если он ещё в хорошем состоянии.

Помни, если ты вступаешь в спор с дураком, то при любом раскладе победит глупость.

Было мне ровно пять лет когда моя мать вдруг объявила, что скоро мы соберёмся и поедем на турбазу в Сочи. С этого дня моя жизнь превратилась в сплошное ожидание. Каждый день я спрашивал её, когда же мы поедем, но получал только ответ "Скоро!".
И вот в один день она вдруг пришла забирать меня из детского сада намного раньше обычного, сказав, что этот день наступил, и что мы едем сегодня вечером. Радости моей не было предела. Навсегда запомнилась её реакция "Ну что ты лезешь на меня как на лестницу!?"
И вот мы на турбазе, живём в небольших однокомнатных домишках.
Время было уже осеннее. О том, что где-то по соседству находилось море я, конечно, слышал, но мне было сказано, что оно было не только далеко, но и купаться в нём было холодно, поэтому у моря я тогда так и не побывал. Однако никаких разочарований мне такое положение дел совершенно не принесло. Каждый день был наполнен какими-нибудь яркими событиями.
Особенно мне нравилось когда в лагере устраивались общие построения, и кто-то из руководителей вызывал некоторых из построившихся и торжественно, под аплодисменты, им что-то вручал. Я не совсем понимал, что это было такое, но проникался всеобщей радостью и приподнятым настроением.
И тут вдруг мы все куда-то засобирались, подхватились и пошли.
Идём целый день по тропинке, кушаем консервы, разогретые на костре.
До этого я никогда в жизни ничего подобного не пробовал.
Мне очень понравилось. Тропинка узкая, и я всё думаю, когда же мы развернёмся и пойдём назад. Те, кто сейчас позади окажутся впереди. Знают ли они дорогу? Но наступает вечер, и мы не разворачиваемся! Вместо этого мы поднимаем палатки и остаёмся ночевать! Такого тоже в моей жизни никогда не было! Я в полном восторге. Наутро мы собираемся и продолжаем идти. Проходим мимо каких-то крошечных строений в которые можно заглянуть через круглую дырку, и мне объясняют, что это древние захоронения. Как я просился забраться через эту дырку вовнутрь, но мне не разрешили! Ничего, поход продолжается. Опять ночёвка, опять костры.
На следующий день - переход через реку. Кто-то из взрослых человеков (а на деле высокий парень лет двадцати пяти) берёт меня на руки со словами "дайте-ка мне этого короеда" и переносит через реку. Какое смешное слово! Ночёвка, костёр. И вдруг на следующий день - снег! Снег! Ведь не было никакого снега ещё вчера, а сегодня у меня из-под него едва торчит голова! Это, как оказалось, было вершинной точкой нашего похода и пора было возвращаться назад. Возвращение, по правде говоря, почти не запомнилось, но было здорово.
Однако то, что произошло уже в лагере произвело на меня просто неизгладимые впечатления. Подошло время одного из моих любимых построений, и дядька опять начал называть фамилии. И подходить к нему стали люди, которых я хорошо знал по нашему походу. И дядька им что-то вручал, а все хлопали. Радовался я за них безмерно. Но что это? На одну из фамилий отзывается и идёт тётенька, которую я хорошо знал ещё до похода! "Мама, мама! Тёте Наташе тоже что-то дали!" Вернувшись, тётя Наташа продемонстрировала крошечный значок. Но что это был за значок! Таких я никогда до этого не видел! Компас, звёздочка и надпись "Турист СССР". Это не просто значок, пояснила мне мать. Наташа его заслужила! Как я радовался за Наташу. Моя знакомая - и заслужила значок! Меня постепенно начала разбирать гордость за то, что я с ней был знаком. И тут... И тут!.. Дядька вызывает мою мать! Она идёт и тоже возвращается со значком! Я ещё не отошёл от впечатлений, полученных от Наташи, а здесь со значком возвращается сама моя мама! Уж такой радости я вообще не ожидал! Назвали ещё несколько фамилий, и процедура, похоже начала подходить к концу. И тут дядька называет мои фамилию и имя! "Ну, иди", говорит мне мать. Я иду и не верю происходящему. Иду, и все хлопают. Я не верю, не верю, что всё это действительно со мной происходит. Дядька пожимает мне руку и тоже даёт мне значок! Но только мой значок был ещё лучше. Он был самый большой! Кроме компаса на нём были изображены ещё костёр и палатка. И надпись "Юный турист СССР".
А вы говорите мороженое....

В принципе, страшный и ужасный Саддам Хусейн не сделал Америке ничего плохого. Но, блин, пятое место в мире по запасам нефти... Такое простить нельзя.

Xxx: На первом курсе подрабатывала официанткой в сети дешевых пиццерий. Народу там было как в школьной столовке на перемене прям с открытия и до того забора, так что хоть и кормили бесплатно, зачастую возможности отойти тупо не было.

Одной из часто заказываемых позиций, не считая пивной башни по вечерам, были сырные шарики. Мне они тоже нравились, и будучи человеком с низкой социальной ответственностью голодной студенткой я взяла в привычку еще на раздаче закидывать один-два в рот. Налог на обслуживание.

Забираю шарики — один ем — выношу заказ. Забираю шарики — один ем — выношу заказ. Схема работала как часы. Но как-то в дикой запаре я перепутала последовательность и взяла шарик прям со стола гостей. Только встретившись глазами с ошалелыми взглядами трех парней за столиком, я, дожевывая сырный шарик, поняла что что-то не так.

В России преобладающим типом контрацепции является зарплатная.

Сижу одна в парке на скамеечке, никого не трогаю, отдыхаю, наслаждаюсь свободой и тишиной. Подходит какой-то мужичок и садится рядом. Я его спрашиваю:
– Деньги принёс?
Видели бы вы, как он рванул.

В Госдуму внесено предложение о перенесении Дня Народного Единства на 16 декабря - день принятия ВС решения по делу Долиной-Лурье.

Чтобы там не говорили про работу, но от безделья кони не дохнут.

На самом деле неправильно думать, будто все студенческие истории - это непременно про пьянки и совершаемые во время оных непотребства. Бывало и иное...
В 80-е годы на истфаке МГУ курс истории зарубежного искусства читал волшебный Глеб Иванович Соколов, по студенческому прозвищу «Глебушка». В прозвище этом не было ни капли неуважения или презрения, Боже упаси — исключительно нежная любовь. Просто пообщавшись с Глебом Ивановичем несколько минут, его уже нельзя было мысленно назвать как-то иначе. Высокий, худощавый, в золотых очках, улыбчивый и добродушный — как же он читал свои лекции! К сожалению, на письме нельзя воспроизвести интонацию. Но звучало это примерно так, как если бы актер ТЮЗа рассказывал со сцены маленьким детям увлекательную сказку — с драматическими паузами и не менее драматическими интонациями. «Посмотрите на этот антаблемент!» - восклицал Глеб Иванович, включив очередной слайд с каким-нибудь древнегреческим храмом. (Пауза, голос переходит в драматический полушепот). - «Что вы здесь чувствуете?» (Еще более длинная пауза, голос драматически понижается, и дальше чуть нараспев) - «Напряже-ение...» Или вот: идет зачет, в аудитории Глеб Иванович с десятком счастливчиков, весь прочий курс беснуется за дверями. Дверь тонкая, вместо стекла просто фанерка, внутри весь этот птичий базар прекрасно слышен. В какой-то момент Глеб Иванович, утомленный шумом, выходит в коридор и драматично восклицает: «Товарищи!» (пауза, далее на полтона ниже) - «Пожалуйста... потише». - (Опять пауза, еще ниже на полтона) - «А то я буду...» (Пауза, тон еще ниже и чуть нараспев) - «...свирепствовать...»
Зачет этот на самом деле был подобен экзамену — билеты, в каждом по три вопроса, и один из них предписывал дать словесное описание некоего произведения искусства — картины, статуи или архитектурного сооружения — дабы показать знакомство с образцами. И вот одному студиозусу попадается задание описать некую статую эпохи архаики. Лекции студиозус прогуливал, в музей имени Пушкина не ездил, и статуи оной в глаза не видал. Но он смутно помнил, что все архаические скульптуры создавались по определенному шаблону (статичная поза, лицо почти без выражения, проработка деталей более примитивная, чем в эпоху классики и тем более эллинизма и т. п.). И решил студиозус попробовать выехать на эмоциональной подаче. «Когда я увидел эту статую», - начал он вдохновенно, воздев очи к потолку, - «я был поражен тем, сколь малыми средствами древний скульптор смог добиться такой выразительности. Эта неподвижность... Эта архаическая улыбка, когда уголки губ лишь чуть приподняты... Эти простые локоны... А эти глаза — у статуи они пустые, но мы знаем, что греки в дальнейшем раскрашивали их красками...» - все это по нарастающей, с соответственными интонациями и мимикой. Краем глаза он видел, что Глеб Иванович аж весь подался вперед и даже рот приоткрыл. «Действует!» - мысленно ликовал студиозус. - «Надо давить дальше...»
В какой-то момент он приостановился, чтобы набрать воздуху, и тут-то Глеб Иванович сумел вставить давно рвущееся из него слово. «Молодой человек!» - возопил он со слезами в голосе. - «Она же без головы до нас дошла!»

Говорили, что зачет он все же ему поставил. Возможно, что и за эмоции. А может, просто по доброте.

Мадам, а вы не согласились бы стать эпицентром демографического взрыва?

Умение говорить правду в лицо - это моя сильная сторона. А неумение быстро бегать - слабая.

«Даже у тупоумия есть свои границы, которые нельзя переступать»
Генрих Бёлль

21 декабря 1917 года родился прекрасный немецкий писатель Генрих Бёлль.
У него сложнейший жизненный путь. Во Вторую Мировую совсем молодым он служил в Вермахте, а потом стал знаменитым писателем, нобелевским лауреатом, президентом международного «Пен-клуба», правозащитником, пацифистом.

Бёлль — человек с удивительной судьбой. Бывший солдат вермахта, он умудрился стать одним из самых продаваемых западных авторов в Советском Союзе. Не стесняясь довольно резко высказываться на самые острые темы, касающиеся Германии, он сумел стать одним из самых авторитетных немецких писателей своего времени.

Солдат поневоле

Генрих Бёлль был одним из немногих своих одноклассников, отказавшихся вступить в Гитлерюгенд. Но избежать военной «карьеры» ему всё же не удалось. Писателю пришлось повоевать и во Франции, и на Восточном фронте. Только в апреле 1945 года капрал Бёлль был «освобождён» от службы американскими солдатами.

«Я никогда не забуду тех молодых парней, которые поднимаются на холм, чтобы взять меня в плен, чтобы освободить меня».

Ему принадлежат вот эти строки:

«Я ненавижу войну, до глубины души ненавижу войну и любое причиненное ею страдание, ненавижу любое слово, любой жест, каждого, кто питает к войне иные чувства, чем ненависть».

И ещё:
"Надо оплакивать погибших детей, а не проигранные войны".

Как сказал таксист, купивший самый большой резиновый член в секс-шопе: "Если я битой проблемного пассажира отхожу, меня посадят, а если отлуплю его огромным членом, то не факт, что он пойдёт писать заявление".

В игре на раздевание всегда побеждает хорошо одетый.